Document
Я живу в Одессе: квартал между СБУ и синагогой глазами Владимира Чаплина

Вова живёт на улице Еврейской: как сам говорит «рядом с Женевой напротив Калифорнии». Детские годы он провёл на Фонтане, но после женитьбы было решено, что жить молодая семья будет только в центре. О специфике жизни на улице Еврейской – в районе двух гостиниц, между СБУ и синагогой – рассказывает Владимир Чаплин.


Мы встретились с Вовой на углу улиц Еврейской и Екатерининской. В выходной день людей здесь немного, но проходящие всё же останавливаются и прислушиваются к нашему разговору. Наверняка они бы даже с удовольствием поучаствовали в беседе, но Вова – профессиональный экскурсовод, ему и самому всегда есть что рассказать. Тем более, что мы стоим не просто возле его дома, а уже практически вышли на маршрут – Володя специализируется на экскурсии Еврейская Одесса, 15 лет работает в Музее истории евреев Одессы «Мигдаль-Шорашим» и уже два года живёт на улице Еврейской. Хотя родился он в обычной русско-украинской семье, жил на Фонтане и до 17 лет водил дружбу с дворовыми ребятами. Сейчас Вова смеётся, говоря, что еврейской крови в нём точно нет, но его экскурсанты вряд ли этому верят – уж слишком хорошо он разбирается в этой теме.

Вова с улыбкой сетует, что эти два года он живёт не так близко к месту официальной работы, как раньше – не в двух кварталах от музея, а аж в восьми минутах пешком. Зато ближе к Привозу, куда он собирается сразу после встречи с нами – даже список продуктов показал, на всякий случай. А по Еврейской он ходит минимум два раза в день, и знает все её дворики, традиции и даже некоторых котов:

Я живу рядом с Женевой напротив Калифорнии. И очень люблю этот квартал от Ришельевской до Екатерининской. Особенно мне нравится по вечерам подниматься по Еврейской с Пушкинской – тогда улица становится ещё более уютной. Тёплый мягкий свет фонарей особенно в туман создаёт настоящее волшебство. И, когда я на это всё смотрю, понимаю, что это часть меня – эти здания, дворы, люди. Мне здесь действительно хорошо.

Тут же Вова рассказывает, что на Еврейской ближе к Екатерининской любят собираться чуть ли не семьями, чтобы распить бутылочку пива и поговорить по душам. Он показывает картонки, которые используют вместо скамеек, используя для этих целей любую поверхность. Вова говорит, что обычно отдыхающие ведут себя вполне прилично – всё же рядом СБУ. Да и мусора наутро не остается – хотя это скорее заслуга местных дворников. Здесь же виднеется фрагмент дерева – когда оно уже было обрезано под пень, который использовали в качестве стола, поэтому позже его спилили полностью.

Прежде, чем рассматривать улицу дальше, мы заходим во двор к Вове. Это так называемый колодец – здесь нельзя находиться и оставаться незамеченным. Вова говорит, что каждое утро для него начинается со звуков – слышно всё до последних мелочей. В одной квартире живёт преподавательница музыки, в другой – иврита. Здесь же есть свой глава двора и квартала – любая авария коммунальных служб или какое угодно другое событие проходит через него. Он зорким глазом отслеживает происходящее и в курсе всех последних новостей. Чтобы комфортно жить в таком дворе, очень важно стать своим. Вова говорит, что произошло это где-то полгода назад – соседка зашла и попросила занять денег – и это было маленькой победой семьи Чаплин.

Рассмотрев аутентичные двери, традиционную надпись на входе в парадную и поздоровавшись с соседями, мы выходим на улицу. Здесь у Вовы есть традиционное место для покупки сладостей жене и дочке – киоск с кошерной выпечкой рядом с синагогой. Но на улице суббота, а значит шабат, и всё закрыто. Вова ведёт нас к зданию СБУ, говоря, что сейчас покажет главную книгу этой организации. И действительно, подняв голову, чётко видишь роман Оруэлла «1984». Хотя это просто дата строительства здания. Но в момент своего появления эти цифры стали определённым знаком для всех читавших книгу.

Вова долгое время жил на Фонтане, а его жена на Таирова. Но сразу после свадьбы они переехали в центр. И здесь всё кажется родным и знакомым – в эту часть города ещё не добралась цивилизация в виде жутких новостроев, соседи здороваются и дружат семьями, а в некоторых дворах до сих пор висят таблички с перечнем жильцов, по которым можно писать историю Одессы:

Я первый раз когда сюда пришёл, просто стоял и читал фамилии: Енкелис, Фридлис, Куперман, Онищенко, Шайман… И вдруг, пока я рассматриваю эту табличку, выходит жилец с мусорным ведром, и говорит с тем самым одесским акцентом, мол, дааа, мои соседи, все разъехались – Штаты, Израиль, Германия. А я ему, но простите, здесь же не все евреи. На что он, не задумываясь отвечает, что да, а те, кто не евреи, они все сотрудники той организации напротив. И показывает на здание СБУ.

Мы выходим, и Вова обращает наше внимание на отреставрированный балкон – он действительно выглядит образцовым. То есть возможно всё же сохранять стиль прошлого в условиях настоящего, даже добавив современности. На этом же здании изображён один из одесских муралов, вызвавший споры. Но Вова считает, что пусть это вызов, пусть это спорно и провокационно, но поинтереснее, чем многие другие одесские рисунки.

Ну и, конечно, нельзя жить на Еврейской, и не ходить на Книжку. Поэтому мы двигаемся в сторону Александровского проспекта. Вова любит рассказывать, но не меньше удовольствия ему приносит возможность слушать. А на Книжке такая возможность есть всегда.

Абсолютно случайно в 17 лет Вова попал на курсы экскурсоводов по Еврейской Одессе, которые проходили в библиотеке на Фонтане. Он слушал лекции Андрея Добролюбского и Анны Мисюк. А первую экскурсию, на которой он побывал, вёл Александр Розенбойм. И в результате не еврейский мальчик так увлекся историей Одессы и сионизма, что превратился в одного из лучших экскурсоводов по городу. И теперь и среди евреев он свой, и в Еврейском музее работает, и даже живёт на Еврейской улице.