Document
Время, оскульптуренное Шефом

Или как провокационные фотографии начала 90-х воспринимаются сегодня, или о чём заставляет задуматься выставка фотографа Александра Шевчука – Шефа. 


К выставке «Садово-парковая скульптура» в МСИО написан превосходный текст Михаила Рашковецкого, только обидно-досадно, что он создан «К» выставке, а не «О» выставке. То есть он из разряда «art-history», к тому ещё и теоретичен, но не «art critics», – не с места события.

 

Займусь-ка я «своим делом» – арт-критикой… Заявляю сразу и «беззаперечно» (как это сказать по-русски? безапелляционно?), что само открытие стало «вернисажем» (= торжественным нарочитым действом).

Войдя в садик МСИО, приближаясь к выставочному павильону, зритель слышал «Led Zeppellin», он был на «разогреве», громко и отчётливо. Мне, которой довелось едва ли не с пелёнок его слышать (и любить, благодаря старшему брату), стало сразу отрадно. Возник «правильный, нужный» настрой. А «Шеф» = Александр Шевчук напомнил, что я и интервью с ним делала под эту же музыку.

Хотя про «напомнил»… тут проблемы, – Шеф утратил голос вообще, пользуется некой машинерией усиливающей его звучание. Что воспринимается плохо, жутковато, ЗАТО глядя на это в очередной раз даёшь себе зарок бросить курить… И жаль, что поговорить о выставке с её автором невозможно.

 

Тут появились побелённые перформеры, которые стали являть скульптурные композиции и занимались этим пластицированием в течение часа! (Долго! Браво!). Любопытно было наблюдать за выражением лиц собравшихся: там было смущение, но с улыбкой. Улыбка смущения, словно людям неловко как-то. И уже зайдя в экспозиционный зал, становилось понятным, почему и зачем это, ибо «Садово-парковая скульптура» была и внутри, в виде двух рядов крупных, качественных фотографий Александра Шевчука. 

На них три обнажённых персонажа запечатлены в «садово-парковых позах», среди которых ТОТЧАС опознавался юный Дмитрий Дюльфан! Голый, юный Дюльфан! Многие вскричали: «Тогда нужен нынешний, НЕ юный и одетый Дюльфан! Где он? Где?!». Начали волноваться, явится ли, но куратор выставки Маргарита Сюй пообещала нам его явление, и ОН ЯВИЛСЯ! И даже позволил себя фотографировать на фоне себя же, но юного! И даже нечто повествовал!

Тут следовало бы упомянуть о тусовке тех лет, но лишь 3-4 человека пришло (мало), ладно 12-14, включая не-художников. Однако настрой задаваемый Led Zeppellin, подогревал МУЗЕЙНОЕ настроение, как попытку реконструкции, воссоздания ощущения тех времён. А для нас конец 80-х – начало 90-х было «Бравым временем»! Однако-однако реальных участников художественных акций тех времён было всё же мало, - кстати, ещё и поэтому выставка стала восприниматься как важный аспект деятельности Музея Современного искусства Одессы (МСИО). 

 

Сегодняшнее «Мягкое НЮ» выставки, тогда – на заре Перестройки было прорывом, это нынче, да ещё и в зале Музея оно выглядит едва ли не наивным. (И даже «милым», славным!) Мило и то, что Дюльфан не смущался, – он всецело принимает своё участие в «неподобствах» тех революционных времён.

Однако, как по мне, то гораздо более ценным является роль Александра Шевчука в документировании акций тех времён, – то есть благодаря исключительно его фотографиям можно НАОЧНО воссоздать представление об акции в Пале-Рояле с мытьём тротуара или знаменитую акцию спуска колясок с Потёмкинской лестницы a la «Броненосец Потёмкин» Игорем Гусевым и Вадимом Бондаренко-Бондеро. Как молоды мы были!!! Сколь красивы и наивны!!! Что понятно стало только теперь, также благодаря данной выставке…

 

Да, ещё Шефу удалось запечатлеть молодого, ещё рыжего и кудрявого Ройтбурда с Лёней Войцеховым в героической позе, но на фоне то ли рабочего, то ли крестьянки, - чего-то совкового, скульптурного. 

Именно тогда имел место «прорыв» – эдакие героические деяния. Хорошо, что на открытие пришёл и «молодняк», – не было окончательного разделения поколений. Правда, все, почти без исключений норовили «сфоткаться» (или «заселфиться») на фоне либо между перформерами-скульптурами.

 

И всё равно послевкусие от вернисажа было отчётливо печальным: «многих уж нет», да и всё же времена радикально не изменились, но даже усугубились и войной, и постсталинистской идеологией, которая не ушла в небытие. И ДАЖЕ «оскульптурилась» белым, садово-парковым пластицированием.

 

Фото из архива ОХМ

Автор - Иван Страхов