Document
Там, где хорошо: Одесса Игоря Сытника

Игорь Сытник – одесский фотохудожник. Найти нужный ракурс, словить момент и передать атмосферу – все эти умения уже давно радуют поклонников его творчества. Но для того, чтобы стать тем, кем он есть сегодня, Игорю пришлось довериться интуиции своей жены, поверить в себя и приглядеться к городу. И сегодня мы узнали о его любимых одесских местах.


В своих работах Игорь показывает разную Одессу – это и популярные достопримечательности, и забытые уголки старого города. Фотохудожник всегда находится в поиске удачного кадра. Но назвать места, где хорошо, ему не составило труда – Херсонский сквер, Валиховский переулок и Пале-Рояль. Почему именно там хорошо, рассказывает Игорь Сытник.

«Собачий садик»

Мы договорились встретиться на Пастера, 1. Именно там, на склоне, разбит небольшой Херсонский сквер, который, во времена детства нашего героя, называли исключительно «Собачий садик». Здесь местная детвора проводила всё своё свободное время. Сюда убегали от родительской опеки и пробовали жизнь на вкус. И, когда становится грустно, Игорь заглядывает в «Собачий садик». Он называет его своим местом силы:

Для меня это прекрасное место, где можно напитаться энергией. Здесь мы с друзьями катались на санках зимой, выбирая самые опасные спуски, чтобы покорить девчонок, играли в индейцев и Робин Гуда, да и просто учились жить. По этой лестнице моя мама шла домой, и я по вечерам встречал её, чтобы помочь донести сумки. А напротив, на месте высотного здания, находился стадион «Юлиус», там мы с ребятами впервые пробовали курить и не что-то, а «Беломор» – наверное, поэтому я так и не закурил.

Игорь вспоминает, что в детстве никто из его компании не ходил пешком – все бежали. И к нам на встречу он пришёл в том же состоянии – немного запыхавшись. И все воспоминания буквально оживают перед его глазами: как попал стрелой из лука в пятку лучшего друга Гены, как, будучи Робин Гудом, помогал подруге спуститься с дерева только за поцелуй, как приходилось отстаивать свои права в мальчишечьих компаниях. И «Собачий садик» ассоциируется у Игоря с местом, где он взрослел, где учился быть сильным и побеждал свои страхи и детскую неуверенность.

Мы идём по Пастера в сторону Валиховского переулка, и по дороге Игорь показывает дом, в котором жила его первая любовь. Мальчику было чуть меньше восьми лет, и мимо этого здания он каждый день бегал на стадион «Юлиус». А девочка Наташа сидела на балконе третьего этажа. Когда Игорь её впервые увидел, понял, что влюбился. По каким-то причинам на улицу Наташа не выходила или ребята просто не пересекались, но роман продолжался около месяца – Игорь стоял возле дома и болтал с девочкой, сидевшей на балконе. И потом даже попросил маму назвать в честь неё свою младшую сестру. Ну а дальше всякие детские дела – так встреча осталась только в памяти, и больше Наташу Игорь не видел.

Медицинский городок

Своим вторым местом Игорь выбрал Валиховский переулок и весь Медицинский городок. Хотя в Медине он никогда не учился, но в то же время досконально знает каждый уголок не только снаружи, но и внутри. Компания из человек десяти – тринадцатилетние (плюс-минус) мальчики и девочки – ухитрялась пробираться даже в охраняемые места. Мы заходим во двор, и Игорь сокрушается, что на окнах уже решётки, а раньше именно через них ребята попадали в запретные места:

У нас была хорошая компания – все очень приличные. Мы не проказничали. Нас знали и сотрудники, и больные. И почему-то, кстати, самые жизнерадостные лежали в венерическом отделении. Мы пробирались во двор и общались с ними, нам всегда были рады. Кстати, я умею играть на гитаре, а этому меня научил один из пациентов. А ещё я знаю тут все входы и выходы – мы тихо пробирались внутрь, через окно, которое заранее подготавливали, чтоб с улицы подтолкнуть, и оно открылось. А потом через чердаки и крыши «путешествовали» по всему городку. А как мы по пожарным лестницам поднимались и спускались? Тут тоже стояла цель произвести впечатление на девочек. Я сейчас вспоминаю, что мы вытворяли и ужасаюсь. Узнал бы, что что-то подобное делает мой сын, убил бы. Но я всегда был, наверное, самым аккуратным. Потому что знал, что если мама узнает, то расстроится, а значит мне конец.

Во дворе у Игоря включается азарт, и он практически не замечая ведёт нас к воротам, через которые ребята перепрыгивали, чтоб не обходить. Тут же хохочет, что вообще ничего не изменилось и неожиданно буквально взлетает на эти ворота. Говорит, руки и ноги помнят, как и что надо делать. Вот только в юности он не замечал, что пики такие острые.

Буквально с каждым зданием у Игоря связаны десятки историй – как с другом забирались на крышу, чтобы охотиться на голубей, и этот друг чуть не скатился с самого верха; как водили новых знакомых девочек не куда-то, а в морг, чтоб показать, что смелые и храбрые. Это место ассоциируется с бесшабашной молодостью, когда и море по колено, и жизнь хороша. Но нам пора двигаться дальше. Следующее место – Пале-Рояль.

Пале-Рояль

По дороге в Пале-Рояль Игорь вспоминает свою молодость – чем только не занимался до того, как стать фотохудожником. Сразу после службы в армии даже пришлось участвовать в создании памятника цыганскому барону, что на Еврейском кладбище, потом вулканизационная мастерская, работа маклером, частная охрана, рейсы в море, ведение частного бизнеса. И когда в очередной раз нужно было выбирать какой-то вид деятельности, на помощь пришла жена. Она не требовала и даже не советовала, а только мудро направляла мысли Игоря и здраво комментировала его идеи. И в какой-то момент, чуть ли не в порыве ссоры, он воскликнул, что станет фотохудожником. Тогда его жена, продолжая краситься, выглянула из ванной комнаты и просто сказала: «А вот это уже идея». Игорь давно снимал для себя на простой цифровой фотоаппарат, и это стало началом. Тем более, что его тесть – фотохудожник – стал первым и единственным учителем. Так, вдохновлённый женой, в 2006 году он решил заняться фотографией, и понеслось – репортажная и архитектурная съёмки, победы на фотовыставках, востребованность.

В Пале-Рояле Игорь ведёт нас к платану, который стал символом зарождения отношений с будущей женой – свидания, поцелуи и признания. Тогда, в 2000 году это место выглядело печальнее – Оперный театр был огорожен заборами в связи с реставрацией, и сразу за платаном возвышался строительный забор. Но именно возле него Игорь мечтал повесить металлическую табличку с надписью: «Место влюблённых»:

Здесь я обрёл свою любимую жену, которая стала мне и верным другом. Поэтому я до сих пор мечтаю как-то увековечить это место, чтобы создать традицию именно тут говорить о любви. Но это сложно, и не хочется делать больно этому платану. Поэтому я пока думаю над вариантами. А дерево – его иногда хочется обнять, кажется, что в этот момент оно делится своей силой и энергией.

Внешне Игорь может показаться суровым бородачом. Но он часто улыбается, в этот момент его глаза светятся той юношеской бесшабашностью, о которой он вспоминал. И становится понятно, что она не осталась в его местах силы, она с ним по жизни. У Игоря множество планов на будущее и огромный заряд энергии, которым он щедро делится с окружающими. Он любит Одессу и верит в неё. А, если вдруг взгрустнулось, всегда можно заглянуть в «Собачий садик».

Похожие Теги: места одесситов
Поделиться:

Другие материалы