Document
Об Одессе, которую проплевали: философия семечек

Наверняка в Одессе сложно найти человека, у которого нет воспоминаний о том, где продавались лучшие семечки. В те времена, конечно, когда ещё их не сделали модным снеком в глянцевой упаковке. Хотя, надо сказать, и сегодня на одесских улицах можно встретить условную бабНадь с мешком семечек и гранёным стаканом. И есть в этом даже своя философия. 


Вдруг случайно выяснил, что Украина занимает первое место по выращиванию семечек. Второе место у России, третье – Китай, если кому интересно. Впал в глубокую задумчивость. Похоже на национальную идею вообще-то. Ведь семечки – это же исторически сложившийся маркер абсолютного бескультурья прежде всего. Или селянства, если угодно. Именно из сельской местности пришла эта славная традиция, когда по всей России понастроили железные дороги и в города ринулись трудовые мигранты. А вот уже после революции 1917 года, когда в стране произошла мощная социальная маргинализация и деградация, семечки из сельского бескультурья стали частью городской культуры. Потому что «кто был ничем, тот станет всем», как мы помним. Настоящая смычка деревни и города. 
 

Так семечки постепенно стали символом вырождения общества. Говорят, что Деникин, запретивший продажу и лузганье семечек при своей власти в Харькове, как-то заметил: «Проплевали с семечками всю Россию». Или, как сказали бы сейчас: такую страну проплевали. Бунинский «завоеватель» в «Окаянных днях» тоже непременно «кроет матом» и «плюет семечками». А Булгаков, описывая свой личный утопический «рай», говорит, что он «наступит в то самое мгновение, как в Москве исчезнут семечки».

 

Сейчас семечки – модный и распространенный локальный снек, которого я, откровенно говоря, нигде в Европе не встречал. Хотя, может, просто не всматривался? Уж чего-чего, а семечек в европейских продтоварах я точно не искал. В Нью-Йорке, кстати, этот вопрос решен на Брайтоне. Говорят, там даже бабки с семечками сидели когда-то, как у нас в 80-90-х.

 

Вообще, если бы меня попросили описать то время (конец 80-х – начало 90-х) одной картинкой, я показал бы несуществующую фотографию бабок на остановке 13 трамвая возле 63-й школы на Королёва. Там был школьный стадион, по периметру огороженный вкопанными до середины колесами, разукрашенными во все цвета ада. Вот на них-то и сидели бабки с мешками семечек. В какие-то дни их там было не меньше 7-8. И это было хорошо – у каждой взял жменьку на пробу, и вот у тебя уже полкармана семечек.

 

Вообще тогда у каждого школьника непременно были семечки. Другое дело, что этот факт тщательно скрывался. И вовсе не из-за того, чтоб вдруг не показаться бескультурным селюком, а просто потому, что придется тогда всех угощать. Это как с пачкой сигарет в те же времена – нельзя было показывать, сколько у тебя осталось в пачке. Все школьники умели выудить сигарету, не доставая мягкую пачку из кармана брюк. Сейчас-то редко кого встретишь с такой суперспособностью. Но сейчас и времена другие. Времена, когда семечки продаются в супермаркетах.
 

Помню, что тогда стакан теплых ламповых семечек стоил 20 копеек. Полстакана – 10 копеек. Мама давала в школу 50 копеек (когда повезёт), и из этого бюджета обязательно 20 копеек отводились на семечки. Подходишь такой к бабулям, для вида пробуешь, стараясь определить степень прожарки, спектр вкуса, аромата и послевкусия, и все равно идёшь покупать у своей постоянной и проверенной бабНади. Рядом с ней стоит мешок, до края наполненный natural pure продуктом, и по кругу выстроены уже готовые стаканчики-пакетики, кустарно изготовленные из газеты «Советский спорт».

 

- Мне один, бабНадь, – и тянешься за газетным стаканчиком. А бабНадь такая:

 

- Может тебе в карман, сыночек?

 

- Да.

 

- Ну давай, подставляй.

 

И ты оттопыриваешь свой карман школьных брюк, а бабНадь такая туда полный гранчак – хыдыщь. И потом ещё жменю в полстакана: «На, сынку, на здоровье, родненький». А семечки-то были настоящей автентикой: горячие, ароматные, свежие, час как со сковородки. С полным карманом ты был обеспечен интересным занятием на весь день, а не вот этой глупостью вроде уроков. 

А потом завистники говорили, будто бабНадь в этих самых семечках ноги свои старческие прогревает, радикулит потому что проклятый совсем жизни не даёт. А еще про изоленту рассказывали, будто она дно прикрывает. Гадости, в общем, говорили всякие. Мы, конечно, не верили. А зря.

 

Эх, где сейчас бабНадя? Куда она подевалась в столь тяжёлое для семечек время, когда пропала вся культура потребления? В Нью-Йорке, наверное, сидит себе на Брайтоне на полувкопанном в асфальт или boardwalk колесе, рядом с ней мешок, полный семечек, которые так славно прогревают ноги от ревматизма.

 

А современные семечки с прилавков магазинов – это же бездуховность какая-то сплошная. Обман. Иллюзия. Ими разве прогреешь старческие ревматические ноги? Это как если бы на вопрос, что такое рокенролл, ответили бы не Rolling Stones, а Radiohead. Все закончилось тогда, когда в середине 00-х мой друг, дизайнер, рассказал, как ему заказали разработать фирменный стиль упаковки для «элитных семечек». Да, сейчас это звучит не так шокирующе, потому что элитными семечками заполнены все элитные продмаги страны, но тогда, 15 лет назад, это был занятный оксюморон. Тогда это еще звучало как «элитное селянство», коррелируя с семечками как безошибочным социальным маркером. А сейчас уже семечки вполне серьезно рассматриваются в качестве заменителя попкорна в кинотеатрах. Смычка деревни и города завершилась. Деревня победила.

 

Эх, такую страну проплевали.