Document
О реставрации памятников архитектуры в Одессе сегодня: Роман Топилов VS Андрей Роик

Сегодня отреставрировать памятник архитектуры в Одессе стоит значительно дороже, чем снести его и выстроить новое здание. Но есть варианты реконструкции, успешно реализованные в мире, когда фасад сохраняется, а площадь становится больше за счёт увеличения этажности или присоединения прилегающей территории. На примере проекта по особняку Гудкова/Крыжановского, разбираемся, может ли быть удачной такая реконструкция в Одессе.  


В конце июня координационный совет по вопросам охраны культурного наследия Одесского горсовета рассмотрел (и отклонил) эскизный проект гостиничного комплекса по адресу Троицкая, 1. В сети появились визуализации проекта, что вызвало бурные обсуждения среди одесситов. Архитектурная общественность преимущественно проект разгромила, но ряд одесситов тепло приняли эскизы реконструкции. Мы узнали мнение у живущего по соседству со зданием Романа Топилова, сделавшего немало событий на Потемкинской лестнице, возле Воронцовской колоннады и в Аккерманской крепости, удачно совмещающих современные технологии с историческими памятниками, и членом Ассоциации архитекторов и директором архитектурной студии Андреем Роиком.
 

Роман Топилов

Технический организатор фестивалей, учредитель компании Ambience

Андрей Роик

Директор и ведущий архитектор архитектурной студии Roik Arts

Роман Топилов

Одесса – город архитектурных шедевров. Здесь работали архитекторы с мировыми именами. На дореволюционных открытках видно, насколько центр города был потрясающим. Сейчас это всё безнадёжно угроблено. Еще в каденцию Гурвица приезжали ЮНЕСКО, которые наотрез отказались вносить исторический ареал в список всемирного наследия. Уже тогда были архитектурно нарушенные вещи: пристроены какие-то крыльца, надстройки, мансарды, этажи. Так что дело вовсе не в кондиционерах и балконах, которые можно снять и убрать. Потому сейчас важно сохранить хотя бы то, что осталось. При этом мы все понимаем, что нужен компромисс, в сегодняшней ситуации без этого не обойтись.
 

Этот проект реконструкции один из таких компромиссов. И он мне понравился. Потому что в Одессе есть откровенно неудачные попытки соединения старого и нового. Знаменитое циркульное здание на Греческой площади – это же ужас, что они с ним сделали. Уничтожен главный символ улицы Греческой, с каждой точки которой раньше был виден собор – роскошная доминанта, которую они убили. Как и всю Греческую площадь, на которую сейчас вообще страшно заходить. Я не знаю в городе ни одного достойного современного решения. Вот разве что есть дом «Генрих» на Карантинной улице, построенный в середине 90-х. Это один из первых новостроев в центре, и тогда ещё думали о сохранении архитектурного ансамбля улицы, этажности, о деликатности. А Кадор и Будова абсолютно другие. К легкой, праздничной архитектуре города, не имеющие никакого отношения. Недавно был как раз в Кадоре на Екатерининской, вышел на балкон на последнем этаже, огляделся и понял – город уничтожен. 
 

Поэтому каждая попытка нормального компромисса вызывает во мне чувство глубокого уважения к тем людям, которые хотя бы думают об этом. Мы видим, что на проекте сохранено само здание, его внешний периметр во всяком случае, и вот эта надстройка – она сделана в духе современного востока, то есть сохранена некоторая жанровость. И таким образом вот эта новая часть вполне гармонирует со старой – новый восток и старый. Ну, не совсем восток, конечно, но мотивы определенно есть. Такая реконструкция окупит затраты инвесторов и сохранит это чудо, сделанное из туфа, и которое просто рухнет, если не привести его в порядок. Я за любой компромисс, который хоть как-то щадит старую архитектуру, хоть как-то её сохраняет и при этом не разрушает пространство в целом.
 

Андрей Роик

У нас вообще всё проходит по-местечковому. Нет никакого конкурса, желательно международного, желательно с освещением в СМИ, то, за что постоянно ратует ассоциация архитекторов. Конкурса не было, просто где-то это всё решилось среди своих. Там есть хозяин, которому принадлежит этот участок, и они уже подтянули каких-то своих архитекторов. Был консультативный совет, где этот проект завернули, хотя и долго обсуждали, потому что к проекту подошли профессионально и там было, что обсуждать. По планам там должен быть сетевой отель, и заказчики позиционируют, что для города это будет очень хорошо. И это звучит убедительно: международный сетевой отель, развитие инфраструктуры, туризма и так далее. Это всё очень хорошо, конечно, но я вижу здание, которое просто неграмотно решено.
 

Дом стоит не в поле, а в городе, на Маразлиевской, одной из самых красивых улиц Одессы. Построил его итальянец Франц Моранди, и здание вписано в квартальную застройку, которая имеет свою этажность, стилистику, пропорции. Главное – это пропорции. Если описать проект нового здания двумя словами: оно некрасивое. Почему? Потому что не пропорциональное. Оно не пропорционально ни старому дому, ни окружающей застройке. А в нашем мире всё в пропорциях. Вот же есть инструкция от господа Бога, как построена Вселенная, есть пресловутое «золотое сечение». А здесь мы видим маленькое здание, которое памятник архитектуры, и его задавил здоровенный стеклянный куб. Вот и всё. Нечего больше обсуждать.
 

Я при этом считаю, что архитектура должна быть современной. На своё время это тоже был современный дом в модном и актуальном тогда стиле неоромантизм (неоготика), и его форма соответствовала содержанию. В Одессе вообще сплошная эклектика в архитектуре: есть немножко барокко, есть немало русского модерна, а вот есть чистый неоромантизм. И это надо сохранять. Если тебе досталась какая-то антикварная штука, серебряный портсигар, например, почерневший, было бы довольно неумно его отполировать наждачкой, чтобы он блестел, не правда ли? Вот так же и с этим объектом, когда простые одесситы пишут: «Я не архитектор и не разбираюсь в ваших тонкостях, но пока что это – развалины, а будет новая, чистая, облагороженная территория и для меня, как горожанина, это хорошо». Вот я хочу, чтоб эти люди задумались про портсигар: у тебя есть антикварная штука, и, если её «почистить» безграмотно, это просто убьёт вещь. Вот это здание – это тоже антикварная вещь, как портсигар, только большая и гораздо дороже. Колизей – это тоже развалины. Никто ж не додумался его достроить, перестроить, оштукатурить, пригласить румынских штукатуров и открыть там сетевой отель.
 

Сейчас там достаточно тихий проезд, но как только там появится градостроительный узел, типа отеля, сразу увеличится нагрузка на трафик, на окружающую среду, сразу уйдут деревья, нужно будет делать парковки, организовать подъезды, в том числе технические. Любое здание в городе и его изменения влияют на инфраструктуру как минимум квартала, в котором оно находится. Так когда-то произошло с Александровским проспектом и циркульным домом на Греческой, перекрывшим площадь и прямой путь из гавани в Старобазарный сквер, который вскоре после этого утратил свои позиции – все начали ездить на Привоз и на Новый рынок. То есть одно здание повлияло на развитие рынков, на закрытие гавани, на дальнейшие изменения инфраструктуры всего города. Надо начинать не с того, насколько красивый или нет этот кубик (хотя он не красивый), надо от градостроительной функции отталкиваться: нагрузка на квартал, на трафик, инфраструктура вокруг, стоянки, парковки, рестораны. Воздействие этой штуки на окружающую среду очевидно. А вот насколько хорошо она будет взаимодействовать с этой средой – большой вопрос.
 

Интересно, но даже в вопросах пропорциональности, то есть красоты по-архитекторски, нет единого мнения. Да, все сходятся в том, что памятники архитектуры надо сохранять, но как это сделать? Пока что мы регулярно сталкиваемся с косметическим ремонтом сомнительного качества таких шедевров мирового значения, как Потемкинская лестница. Но является ли подобная реновация здания удачным архитектурным решением?
 

А как вы относитесь к такой реконструкции?
Поддерживаю Романа Топилова – нужно искать компромисс и этот проект очень хорош.
Поддерживаю Андрея Роика – этот проект нельзя назвать удачным.