Document
Музейная традиция красть

19 марта Максим Степанов назначил художника Александра Ройтбурда директором Одесского художественного музея. Представленная программа и поддержка общественности помогла ему с перевесом в один голос обойти главного конкурента – действующего на то время директора музея Виталия Абрамова. Благодаря пристальному вниманию к происходящим событиям, одесситы смогли увидеть печальную реальность музейной жизни ― безденежье, кражи и пугающую бесперспективность.


 

 

Художественный музей сегодня переживает не лучшие времена. Причина простая ― до него никому нет дела: власти, руководству и даже горожанам. Музей сегодня работает по советскому представлению как «храм искусства», где происходит только консервация и реставрация предметов искусства. Если раньше его посещали ради подлинников того же Айвазовского или Врубеля, то сейчас такая возможность сведена до минимума. В музеях Одессы, как и Украины, экспонируется только 10-15% из общего фонда. Художественный музей показывает 1293 предмета из 9613, а музей западного и восточного искусства ― 817 из 9351 экспонатов. Основания для этого разные ― часть фонда на реставрации, часть не несет в себе культурной ценности, а что-то пылится на полках из-за нехватки места в музее для экспозиции.

 

Практически все проблемы музеев можно свести к главной ― недостаток финансирования. Средств в городском бюджете на искусство не хватает, поэтому выделение денег происходит по остаточному принципу ― дают мало и в последнюю очередь. Наглядно это можно увидеть по внешнему состоянию музеев города, их сервису и обращению с экспонатами. Крыши текут, картины воруют и до сих пор выдают советские билеты.

 

 

 

 

Если с трещинами на стенах можно справиться даже самостоятельно, то с кражами уж точно нет. В Одессе, как и в Украине, воруют часто и по-крупному. Из масштабных потерь города ― картина Айвазовского «Морской вид» и Караваджо «Взятие Христа под стражу, или поцелуй Иуды».  Первую украли из художественного музея, вторую ― из музея западного и восточного искусства. Из всеукраинских крупных краж ― работы Репина, Шишкина, Яблонской, Примаченко, книги Коперника и Федорова, сабли Хмельницкого, пять тысяч драгоценных монет периода Золотой орды и др.

 

Главная причина краж ― слабая охрана или вовсе ее отсутствие. Оберегают музеи за счет центральной или местной власти благодаря Государственной службе. Часто ее не хватает на все музеи страны, а работа частных фирм оставляет желать лучшего. Со стороны государства или городской власти иногда накапливаются задолженности, которые могут послужить основанием для ликвидации охраны в музее. Все потому, что ГСО финансируется только благодаря представленным услугам. Поэтому, нет денег – нет охраны. В судебном реестре можно найти не одно дело о задолженностях музеев города перед Госслужбой, что сказывается на качестве их работы.

 

Помимо охраны, в музеях существуют серьезные проблемы с порядком учета, хранения, инвентаризации и ревизии культурных предметов. Фото и видеофиксация объектов не проводится, как и паспортизация новых экспонатов. Всё это ― следствие отсутствия современных технологий и электронной системы учета, а также банальная халатность. Но иногда такие действия ― намеренная небрежность.

 

 

 

 

Кражи в Уманском краеведческом музее происходили благодаря сговору директора и местных чиновников. Они организовывали выставки в госучреждениях, за это время изготавливали подделки и возвращали их в музей. Картины, включая серию работ Яблонской, так и не были найдены.

 

Работники Мариупольского краеведческого музея передали 52 картины в оккупированный Крым с позволения местной власти. Из утрат ― до 40 работ Айвазовского, картины Шишкина и Левитана. Сегодня часть картин уже экспонируется в Эрмитаже и Третьяковской галереи.

 

Во Львовской национальной галерее, куда входят шестнадцать местных музеев, пропали больше шестисот предметов искусства. Это обнаружил новый директор, который после назначения провел полную инвентаризацию. Пропали скульптуры, иконы, глиняные предметы, ценные монеты и антикварная мебель. Со слов директора, украдена каждая четвертая старинная книга фонда. Из дорогого ― один из двух экземпляров «Апостола» Ивана Федорова, датированный 1574 годом. Бывший директор музея всё отрицает.

 

Такие примеры ― распространенные схемы краж музейных экспонатов в нашей стране. Редкость, когда к пропажам не причастны работники. Музейная жизнь ― законсервированная система, где существует должностная преемственность и практика «пожизненной работы». Вся инвентаризация и ревизия проводится именно музейными работниками: одни знают о происходящем и молчат, другие являются частью «схемы». Что касается проверки Министерства культуры, то она происходит только по запросу самого музея или во время крупного эксцесса.

 

Так было с пропажей картины Караваджо в музее западного и восточного искусства. Воровство стало причиной большой проверки и последующего увольнения главы фонда Елены Неминущей «из-за плохо учета и хранения музейных ценностей». Далее ― открыто уголовное дело и проведена полная инвентаризация, которую не хотела делать сама Неминущая. Она аргументировала это отсутствием свободных помещений, но из судебного дела следует, что часть комнаты была заставлена ее вещами (это в музее): холодильником, комодом, плетеным шкафом, вязальной машинкой, сумками, мешками, гриль-печью, овощерезкой, тестомешалкой, автошинами, ящиками и прочим. Была проблема и с паспортизацией предметов ― на протяжении нескольких лет в музее находились незарегистрированные картины. Хочешь ― бери и иди. Прецедентом стал вынос ключей от фонда за пределы музея. Итог такой «работы» ― украденная картина Караваджо и пропажа большого количества музейных экспонатов, а также длительная судебная тяжба с музеем за право вернуться на работу.

 

 

Музей западного и восточного искусства

 

 

Финальную точку поставил вывод Одесского филиала национального научно-исследовательского реставрационного центра Украины о плохом состоянии и нежелательных условиях хранения экспонатов в фондах музея. Хотя если присмотреться, и сам центр не остался без внимания.

 

Ситуация опять затронула руководство. Масштабная проверка несколько лет назад обнаружила, что государственный реставрационный центр тратит бюджетные деньги не на восстановления картин из музеев города, а на работы церкви и частных компаний. В самом помещении, где хранятся десятки картин на реставрации и консервации, работал один безоружный охранник. Причина ― заведующая фондом не закупила услуги охраны. Деньги пошли (из судебного реестра) на «кондиционер, телевизор, автоклав, морозильную камеру, принтер и прочее». Дальше ― больше: в здании не оказалось печати реставрационного центра и главных ключей от фондохранилища. Такая ситуация по Украине скорее правило, чем исключение.

 

Исходя из массовых краж, легких взломов музеев и трудности возвращения культурных предметов, в 1999 году был составлен первый реестр украденных культурных ценностей. Он ведется до сих пор, опубликован на сайте МВД Украины и нацелен на огласку ситуации и помощь со стороны правоохранителей. В каталог вошли монеты, скульптуры, картины, иконы, ценные печатные издания и антикварные предметы. Уже первая редакция принесла плоды ― пять картин вернулись в Львовский и Полтавский музеи, а значит, метод сработал.

 


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: МУЗЕИ ОДЕССЫ В ЦИФРАХ


 

 

Исходя из данных каталога, грабителей чаще всего интересуют работы Репина, Айвазовского, Шишкина, Поленова или представителей середины XIX века ― Яблонской, Глущенко, Шишко и др. Взломы проходят по-разному ― кто-то выбивает окна и взламывает замки ночью, а кто-то выносит картины средь бела дня. Иногда крадут на заказ, в частные коллекции и найти работы становится невозможным. Продать ворованную картину, даже на черном рынке, довольно сложное дело, поэтому картины уходят в тень на длительные годы.

 

Таким образом, ситуация с музеями в городе и стране весьма печальная. Большинство музеев ― советские «храмы», хотя за двадцать с лишним лет уже обязаны превратиться в общественно-дискуссионные площадки, куда приходят за знаниями и эмоциями. Вокруг музея должны появляться концертные площадки, лекционные аудитории, интерактивные пространства и осовремененные библиотеки. Если музеи «живут», то они увеличиваются и расширяются. Где наши альбомы, научные музейные журналы и путеводители?

 

Сегодня музей не обеспечивает себя сам, да и не хочет. Если он заработает больше миллиона гривен за год, то станет прибыльной организацией и обязуется платить налоги. Гораздо проще создать благотворительный счет и ждать помощи извне. Безденежье и неокупаемость приводят к кражам, идейному упадку и бесперспективности.

 

Возможно, приход именитого художника изменит ситуацию в городе, и художественный музей станет той стартовой площадкой, с которой начнутся большие изменения.

 

 

Похожие Теги: музеи искусство арт картины
Поделиться:

Похожие материалы