Document
О небе, самолётах и «профессиональном дебилизме»: история авиатора из Одессы

Вадиму Громову 44 года, из них 30 лет он посвятил авиации. Сейчас он работает на аэродроме «Одесса-Гидропорт» и занимается подготовкой новых пилотов. За его плечами работа бортинженером в составе экипажа реактивного авиалайнера Ту-154. А нам Вадим рассказал об особенностях своей работы и о том, почему в Украине такой дефицит профессиональных лётчиков.


На аэродроме «Одесса-Гидропорт» Вадим занимается тем, что на самолетах поднимает в воздух парашютистов. Вместе со своими единомышленниками он организовал учебный авиационный центр, в котором обучают новых пилотов, а также проводит подготовку студентов в авиационных учебных заведениях. На первый взгляд, романтичнее профессии не придумать. Но и здесь есть много сложностей.

 

О небе Вадим мечтал с юности. В 1989 году, учась в старших классах, он поступил в авиаспортивный клуб ДОСААФ СССР, который располагался тогда на спортивном аэродроме «Одесса-Гидропорт». Первыми его самолётами были учебно-тренировочный Як-18Т и Як-52. Тогда он точно решил, что станет пилотом. Закончив школу, поступил в учебное заведение гражданской авиации в Москве. А когда вернулся в родной город, застал развал Советского союза и Авиации в целом. На этом его карьера приостановилась. Рассказывает, что приехал на аэродром, и увидел, что все самолёты вывезли, авиации просто не стало.

 

Тогда Вадиму пришлось адаптировать себя к наземной работе. В его курсантские годы, вспоминает он, даже овощи приходилось разгружать. В авиацию мужчина вернулся только спустя 8 лет. Но пришлось еще 2,5 года переучиваться в Кировоградской лётной академии:

Тогда пришлось переломить себя – будучи взрослым тяжело вернуться на учебу. Учились на самолетах АН-2. Но по своим характеристикам техника вернулась на много лет назад.

Для того, чтобы стать лётчиком и оставаться в профессии, необходимо поддерживать себя в хорошей форме. Но без тяжёлых физических нагрузок – перегружать организм нельзя. Вадим рекомендует вело- и кардио-, велосипед, орбитреки, плавание. Принимать спортивные добавки запрещено. Злоупотреблять алкоголем тем более. Все это может сказаться на качестве кардиограммы – лётчики регулярно проходят медицинское обследование для допуска к полётам:

Если авиатор получит 8 диагнозов на медкомиссии, далее он не сможет больше летать. За один визит к врачу могут обнаружить 4 диагноза – заболевание крови, сердца, печени и прочее.

Профессиональный авиатор не должен бояться. Вадим говорит, что, если есть страх, значит существует пробел в знаниях. Также, согласно профстандартам по авиационной психологии, в кабину нельзя посадить двух холериков, сангвиников или меланхоликов. Люди в экипаже должны подходить по психотипу, а значит, надо комбинировать личности. По медицинским требованиям летать можно не более 90 часов в месяц и шести часов в сутки. Иначе можно перегрузить организм. Что в дальнейшем обязательно скажется на здоровье. 


Эта профессия считается одной из самых высокооплачиваемых, но Вадим рассказывает, что всё же ряды авиаторов редеют. В результате и медицина к летчикам сегодня стала более лояльна во всем мире.

Сейчас на некоторые нормативы закрывают глаза. Допустим, вы можете летать в очках. Раньше такого не разрешалось. Когда-то в 60 лет из коммерческой авиации уходили, сейчас –  в 65. Профессию некому передавать. Официально в Украине действующих пилотов со всеми необходимыми допусками и рейтингами меньше, чем депутатов в Верховной Раде.

К тому же, многие трудоустроились за границей – там больше зарплата. Вадим очень любит своё дело, и даже организовал учебный центр для авиаторов. Но из желающих полетать в небе, мало кто становится профессиональным пилотом.
 
 

Из 10 курсантов, которых мы готовим, 7-8 летают для себя, а 1-2 те, кто действительно готов летать в коммерческих компаниях. Но опять же не в нашей стране. За границей платят в 4 раза больше.

Вадим рассказывает, что, как и в каждой профессии, спустя несколько десятков лет, и к авиаторам приходит так называемый «профессиональный дебилизм». Через 25 лет люди теряют мотивацию, им становится неинтересно то, чем они занимаются. Приходится себя мотивировать. Плюс лётчики подвержены различным психологическим травмам. Кого-то могут списать по состоянию здоровья, кто-то уходит из профессии из-за возраста или аварий. Вот тут-то и приходят проблемы с психикой. Многим тяжело адаптироваться к другой жизни, не авиационной. Кто-то начинает злоупотреблять алкоголем. Но несмотря на существующие сложности, Вадим даже и не думает уходить из профессии:

Для меня всё, что касается авиации, очень болезненно. И даже если бы в «Гидропорте» совсем не было авиационной деятельности, я бы всё равно там находился – допустим, медитировал, просто гладя рыжего кота Сёму.