Document
Интервью с Максимом Катаржуком: Нам нужно заново научиться любить Одессу

Мы побеседовали с Максимом Катаржуком – главой общественной организации «Мой дом Одесса» о том, почему важно любить свой город и что значит – быть одесситом, которому не все равно.


 

В настоящее время Одесса переживает трансформацию – она развивается и застраивается. Вместе с этим, лишается архитектурного шарма. Не замечаете ли вы, что пропадает ощущение «своего» города, своего дома?

 

Безусловно. Одесса сегодня и та, которую я помню из детства – два абсолютно разных города. Вокруг нас лишь мизер в сравнении с тем, что было. И с каждым годом эта пропасть только увеличивается. Если раньше Одессу знали как раскрученный бренд и говорили о ней по всему миру, то сегодня многое уже утеряно.

 

 

Кто виноват в этой пропасти - между городом и жителями?

 

Причин много. Прежде всего, приезжие, которые изначально оказались тут по работе или учебе, а после – обустроились и остались навсегда. Не прожив достаточного количества времени, они не понимают и не чувствуют Одессу и, соответственно, не знают как к ней относится.

Виноваты и одесситы. Сегодня между ними и городом существует огромный разрыв. Я объясняю это историческими событиями начала ХХ века – революцией и войнами, когда большинство жителей покинули Одессу. Первые горожане строили так, чтобы хотелось остаться – заказывали крымский ракушняк, черепицу из Марселя или мастеров из Европы. У них формировалась тесная связь с домом, поэтому материальное вложение было обоснованным. В послевоенное время многие из них уехали, осталась лишь малая часть. Советский период окончательно разорвал эту связь, особенно с уничтожением церквей, кладбищ и всего, что являлось носителем исторической памяти. Взамен родилась новая городская романтика – тельняшки, Молдаванка, чисто одесские легенды и говор. Функцию поддержания города и его благоустройство взяло на себя государство, и это привело к тому, что одесситы постепенно стали отвыкать от личной ответственности за него. С тех пор ощущение собственности так и не выработалось, а это очень важное чувство – мысли о том, что Одесса – мой дом.

 

Ну и естественно вина лежит на городской власти. У нас не работают целевые программы. Одна из таких – номинирование центральной части в список наследия ЮНЕСКО: базовое досье не разработано, многие здания в этой зоне не имеют элементарной учетной документации и даже не внесены в реестры.

 

 

Программа по ЮНЕСКО не работает или невозможна? Среди архитекторов и общественников бытует мнение, что сегодня в связи с застройкой центральной части Одесса уже упустила свой шанс на ЮНЕСКО.

 

Для меня эта программа – чистейший саботаж со стороны местной власти, которая знает, что на сегодня у города нет шансов попасть в этот список.

 

 

Почему?

 

Одесса еще не готова. В свое время я посетил польский комитет ЮНЕСКО в Варшаве и пообщался с их экспертами. Эта страна ратифицировала Конвенцию об охране всемирного культурного наследия в 1976 году и с тех пор требования к объектам номинации только возрастают. Когда в список включали Краков (1978 год – ред.), достаточно было номинационного досье в несколько страниц и исторической книги о городе. Сегодня уже требуются тома исследований, так как исторических городов в списке много, и специалисты стали более критичны в своем выборе.

 

Вы сказали, что со стороны власти это саботаж? Разъясните.

 

Некоторые работы по программе ЮНЕСКО делаются некачественно и городское руководство знает – эксперты организации такое не примут. Более того, чиновникам известно, что представители ЮНЕСКО обычно приезжают в город тайно: они осматривают фасады, заходят в парадные, дворики, расспрашивают местных жителей и делают собственное заключение. А потом смотрят на документ, который присылаем мы – как у нас все отреставрировано и красиво. Представьте, как глупо мы будем выглядеть в их глазах. Поэтому если подадим документы сейчас – Одессе скажут четкое «нет» раз и навсегда.


 

Какие шаги в такой ситуации были бы правильными?

 

Должна появиться программа по восстановлению исторической среды города: понижение этажности, определенный мораторий на застройку этой зоны и прочее. Нужно также изменить принцип реставрации – делать ее поквартально. В Европе никто не восстанавливает исторический центр выборочно, единичными зданиями. Понятно, что когда какой-то памятник архитектуры вот-вот обрушится – нужно спасать его в первую очередь, но как только все аварийные точки будут устранены, следует приниматься за реставрацию системно – целыми кварталами, включая дворы. Во время ремонтных работ о них почему-то забывают, но зайдите в один из тех, что на центральных улицах – они все убитые.

 

Самые болевые точки исторического центра – где они?

 

Дом Гоголя, который требует немедленного вмешательства – в противном случае от него в скором времени ничего не останется. Непростые отношения с соседними странами привели к спорам – чей он писатель, наш или нет? Если наш, хотелось бы увидеть соответствующее отношение к этому зданию. Здесь мог быть дом-музей Гоголя, аналогично дому, где жил Пушкин, книжный ресторанчик, гостиница и прочее. Это место вполне реально превратить в тот магнит, который будет притягивать не только горожан, но и туристов.

 

Особого внимания требует Масонский дом. Пусть он находится на отшибе, но это уникальное строение по своей архитектуре и истории.

 

Дворец моряков. Комментарии излишни, главное что скажу – я против любых перестроек. К зданиям отношусь, как к произведениям в картинной галерее – если автор первоначально видел работу именно так, нечего туда привносить что-то свое.

 

Ланжероновский спуск. Пока здесь только планируется застройка торговым центром. Иными словами, ходят слухи, но это вброс информации, проверка боем, чтобы узнать отношение горожан к происходящему. Если одесситы никаких действий не предпринимают, не реагируют – застройщики делают что хотят. Важно понимать: возведение развлекательного центра на Таможенной площади – это сотый гвоздь в гроб ЮНЕСКО для Одессы.

 

Расскажите о польском опыте сохранения культурного достояния – каков был их алгоритм действий?

 

Поляки создали целый общественный институт опекунов памятников архитектуры. Организация или житель берет на себя ответственность за определенный исторический объект и вовремя сигнализирует, если в отношении него нарушается закон. Никто из частного кармана реставрацию не проводит, но именно опекун обращается в городские инстанции, выбивает деньги на его финансирование и организует местных жителей. Он берет на себя ответственность за этот объект и делает все для поддержания его в хорошем состоянии.

 

Поэтому у поляков очень развито чувство собственности и сопричастности к окружающему. Одесситы пока им проигрывают. Мы не знаем, как относится к своему городу. Нам нужно заново научиться любить Одессу. Мне кажется, это может быть отдельная программа в любом виде – путеводитель, буклеты, билборды и прочее. В том же Львове давно созданы подобные брошюры, например, как жить в доме-памятнике архитектуры или как следить за балконом исторического здания.

 

 

В чем, на ваш взгляд, секрет успеха Львова?

 

Прежде всего, это культурная жемчужина западной Украины. Я прожил там несколько лет и именно по приезду из Львова начал заниматься общественной деятельностью. До этой поездки мне было все равно, что происходит в моем городе – что где застраивается или в каком состоянии исторический центр. Во Львове я увидел другой уровень сознательности – как власти, так и горожан. Они гордятся своей историей и хотят сделать город максимально комфортный для жизни. Многие позитивные проекты инициированы местными чиновниками, как например сотрудничество с немецким фондом GIZ, благодаря которому общими усилиями отреставрировали значительную часть исторического центра. Более того, этот проект помог привлечь европейских специалистов по урбанистике, строительству и реставрации.

 

 

А что у нас - есть ли в Одессе толковые специалисты в этой области?

 

Их нет, но нам они очень нужны. В ближайшее время начнется проект по реставрации старинных дверей в центральной части Одессы. Эта инициатива Ольги Квасницкой, которая выделила 600 тысяч гривен из собственного депутатского фонда. В поиске грамотных специалистов мы познакомились с талантливыми ребятами из Ивано-Франковска и Киева – в Одессе хороших реставраторов дверей мы не нашли. Причина – в отсутствии целевой программы, которая формировала бы спрос на профессию. В том же Ивано-Франковске у мастеров подписаны контракты с местной властью, поэтому работа есть всегда. У нас же в городе это пока никому не нужно.

А что думают о вашей инициативе жители? Вполне возможно,  любителей бронированных монстров может оказаться больше.

 

Горожане охотно соглашаются, иногда даже на софинансирование. Только  они не понимают, что нужно делать, куда обращаться и к кому. Конечно, есть и другая сторона – бытовой вандализм, когда из-за безграмотности или меркантильности жителей страдают старинные окна, двери, балконы или элементы фасада. Они надеятся, что если доведут дом до аварийного состояния, то получат новое жилье; если развалится тот же старенький балкон – можно строить что пожелаешь.

 

Или рассчитывают на то, что если не приводить фасад дома в порядок, то у вора не возникнет мысль, что тут живут состоятельные одесситы. Это заблуждения, которые ведут к утрате уникальных элементов архитектуры. Нам же хочется это все сохранить, поэтому мы сейчас работаем над созданием электронного каталога старинных дверей Одессы – уже удалось собрать более 2 000 фотографий удивительных образцов в историческом центре.

 

 

Одесса через десять лет – какая она?

 

Десять лет – достаточный срок, чтобы преобразовать Одессу в красивый и комфортный европейский город. Для этого сегодня нужно прописать краткосрочную и среднесрочную стратегии, где пошагово будут расписаны все ремонтно-реставрационные работы. Исходя из городских проблем, согласовать ряд целевых программ и обеспечить их достойное финансирование. Если застройка продолжится в таком же темпе, периферию – Молдаванку, Слободку, Французский бульвар – мы можем потерять. А эти районы нужно сохранить при любых обстоятельствах.