Document
In Борщ We Trust: о национальной идее и семейном конфликте

Истории, достойные описания, с Сашей Топиловом происходят не только в Одессе. Причём, все они привлекают непредсказуемостью – как вступления, так и финала. Читайте и получайте удовольствие.


И тут вдруг Наташа такая заявляет максимально безапелляционно:

 

- И надо обязательно взять с собой борщ!

 

Прозвучало весомо. На секунду даже показалось, что вот же она – национальная идея! Найдена наконец-то. Вот теперь заживем! В любой непонятной ситуации – берите с собой борщ.

 

Сергей решил осторожно (а как иначе, когда речь заходит о борще?) уточнить:

 

- В смысле? Мы же на море вроде собрались?

 

- Ну да. Борщ и море – идеальное сочетание. Как хлеб и масло, как пиво и рачки, как вино и сыр. Нет ничего вкуснее борща на море. Собственно, вообще непонятно, что там без борща делать. Под солнцем что ли жариться? Или мокнуть в этой воде среди медуз?

 

Серега не стал спорить. Потому что там, откуда мы все родом, тебе ни одна баба не даст, если ты против борща.

 

Тут надо все же обрисовать в общих чертах мизансцену, а то вы уже небось подумали, что это мы на Ланжерон идем, где и собираемся втоптать кастрюлю-другую борща. Увы. Еще расти и расти до настоящего просветления. На самом деле это мы поехали на дачу на Кинбурнскую косу компактной компанией – двумя семьями: мы с женой (Наташей) и детьми, и Серега с женой (Катей) и своим младшим. Первое, что сделали наши жены по приезду – сварили 20 литров борща. На 2 дня. Так мы стали заложниками огромной кастрюли с борщом, которую надо было съесть в кратчайшие сроки. Не выбрасывать же, это ж борщ, а не какое-то там харчо.

 

- А как же мы его туда перевезем?

 

Было видно, что Сереге эта затея не очень нравится. Собственно, вряд ли она вообще кому-то из нашей компании нравилась. Кроме Наташи. А это значит, что вариантов нет. Борщ, так борщ. На море, так на море. Однажды, когда не было у нас на косе еще никакой дачи и мы там останавливались, где придется, Наташа точно так же вдруг заявила, что мы пойдем на море варить борщ. И мы пошли. Взяли с собой здоровенный казан, две десятилитровые баклажки воды, по дороге еще сухие дрова собирали, ну и плюс не один кулек с необходимыми ингредиентами. И по пескам под раскаленным солнцем больше часа пешком. Вот то был борщ так борщ, настоящий, выстраданный, как будто его Тарас Григорьевич готовил вот этими самыми руками, которыми он на панщине трудился. А сейчас что? Все готово, машина есть, сел, погрузил, и через 20 минут на море.

 

- Очень даже просто перевезем – по бутылям разольем, вы поедете на машине, а мы пешочком прогуляемся. И, кстати, заодно заскочите в магазин за пивком. Сколько борща будем брать? Предлагаю взять 2 бутыля. 6 литров точно хватит!

 

Тут уже взмолился даже видавший виды я:

 

- Та ну, Наташа, ты чего? Ты с ночевкой на море собралась что ли? Одного бутыля борща вполне хватит.

 

- Хорошо, Саша. Если вдруг кому-то не хватит, этот кто-то будешь ты.

*****

 

На косе мы перемещаемся на Судзуки Джимни. Это идеальная японская праворульная тачка для тамошнего песчаного бездорожья, но очень маленькая. То есть 4 взрослых и 3 детей туда точно не влезут. Так что мы с Серегой берем детей и собираемся на море через магазин, а девочки идут пешком. Наташа вручает мне бутыль борща, который выглядел, конечно, чертовски эффектно, но функционально был так себе. По детству еще помню, как мы пиво покупали 3-литровыми бутылями (тоже на пляж, кстати), и приходилось вечно держать эту гребаную советскую пластиковую крышку, которую придумали не для того, чтоб она плотно закрывала посуду. А дороги на косе довольно условны, никакой асфальтной глади, лишь кочки, ямки да колея в песке. Так что путь борща на море был тернист и непрост.

 

Бутыль положили в кулек, обернули все это полотенцем, сложили в рюкзак, поставили в багажник, аккуратно закрыли заднюю дверь, подперев все, что там было, и отправились в путь. Магазин в нашем селе не работал, пришлось ехать в соседнее село Рымбы. Затариваемся пивком и шоколадками, идем складывать все это в багажник, я открываю дверь, и тут мне прямо под ноги падает рюкзак с борщом. Я на секунду подумал было, что все в порядке, упал себе и упал, но Серега сразу понял, что случилось непоправимое:

 

- Чувак! Ты что! Там же борщ!

 

- Та мы ж замотали в полотенце и любовью своей укутали. Что с ним станет?

 

Поднимаю рюкзак и вижу на песке мокрое пятно. И сам рюкзак мокрый. И полотенце мокрое. С замиранием сердца разворачиваю бутыль, все еще надеясь, что разлилось совсем немного. Сердце опять не обмануло, надежда опять умерла, хоть и последней: борща осталось ровно полбутля.

 

- Жесть…

 

- Что делать будем?

 

- Ну… Тут сравнительно недалеко румынская граница. Турция еще на том берегу.

 

Но Сереге было не до шуток. Он мгновенно оценил масштаб трагедии и сразу предложил решение:

 

- Надо ехать домой и долить борщ. Успеем, девчонки на море еще не дойдут.

 

- Та не, ты что, харит.

 

- Харит, да. Тогда, пока мы рядом с магазином, надо купить воду и долить, чтоб было незаметно. Как в детстве с выпитым папиным коньяком поступали – чайчика в полупустую бутылку бульк, и все. А то Наташка ж убьет за борщ.

 

Невольно загордился своей женой, если даже богатырского сложения Серега запаниковал.

 

- Та просто скажем, что это мы уже съели.

 

- Так себе план: за то, что все сожрали и почти ничего не оставили, Наташа убьет с особой жестокостью и цинизмом.

 

- Да ладно «все сожрали» - бутыль-то наполовину полон!

 

- Вот именно, что нет, чувак - бутыль наполовину пуст!

 

Крыть было нечем. Пришлось поступить как всегда – пустить все на самотек.
 

Девочки дошли на море где-то через полчаса после нас и сразу заявили, что обратно пешком не пойдут. Придется делать 2 ходки. К тому же выяснилось, что Серега высмотрел в магазине рыбу сегодняшнего улова, которую вдруг все захотели. Решили, что мы с Сергеем должны незамедлительно за ней отправляться, пока не раскупили.

 

- Так давайте я с магаза Серегу закину домой, и уже приеду за вами, чтоб не делать 2 ходки!

 

В принципе, всем это предложение понравилось: и Сереге, который уже видел себя сидящим в беседке на нашем участке и лениво попивающим пивко в тени винограда, и мне, готового хоть 5 раз ездить туда-обратно, лишь бы поскорее свалить с этого гребаного моря, и девочкам, которых еще час не будут доставать их мужья вот этим своим бесконечным «может поедем уже, а?», и они смогут нормально накупаться и поваляться на теплом песочке под сентябрьским нежным южным солнцем, заодно поесть бор…

 

- А борщ? – Наташины глаза округлились от ужаса, нечеловеческой обиды и чувства тотальной несправедливости. – В смысле ты Серегу домой отвезешь? А зачем мы борщ сюда брали? Зачем мы варили его вчера весь вечер? Из Одессы тащили картошку и полные кульки овощей! В бутыль переливать. Сюда его везти. Зачем все это надо было? Чтоб ты Серегу просто так взял и отвез домой? Вместо того, чтоб сесть и пообедать борщиком всем вместе на пляже? Знаешь, что, Саша – вези Сережу домой, и за нами можешь не приезжать. И вообще можете в Одессу ехать – как раз катер скоро, в 4 часа.

 

Наш брак не раз переживал непростые времена, но такого кризиса не было давно. Но это была бы стильная причина развала семьи – борщ. Настоящая классика развода по-украински. Да, некоторые пары трещат по швам из-за сала, некоторые из-за вареников, но настоящий бич украинского семейного счастья – борщ.

 

- Ладно, Наташа, ладно, никто уже никуда не едет. Мы в магазин за рыбой, и сразу обратно, за вами. Приезжаем, едим борщ и двумя ходками возвращаемся домой. И дальше живем долго и счастливо, детей еще нарожаем, а то эти надоели уже, и борщ будем варить 2 раза в неделю, сразу по 2 кастрюли – одну дома будем есть, другую – на море. Все. Хэппи энд. Как тебе план?

 

- Так норм. Давайте валите уже в магазин скорее, а то надоели еще больше, чем дети.

 

Фух. Вроде обошлось. Ячейка общества сохранилась. А ведь на грани были.

Только не думайте, что на этом путь борща завершился. Вовсе нет. Когда мы приехали с магазина, девочек тоже уже схарил этот бестолковый морской отдых, и мы быстренько поехали домой на борщ, который, как известно, сам себя не съест. Мы, впрочем, тоже его так и не съели. Кулек с бутылем борща просто переместился из машины в дом, где он, простояв оставшиеся пару дней до нашего отъезда, благополучно скис. Как и любая украинская национальная идея.

 

О чем я думал, выливая борщ в деревенский туалет во дворе? О многом. Что мы так и не узнали, бутыль был наполовину полон или наполовину пуст. Что надо было все-таки долить воды туда – такой интересный опыт упустили. И что надо было пойти дальше – долить туда воды не питьевой, а морской. Еще хорошо было бы, если бы туда медуза попала. Медузы в борще – наиболее точная метафора современной Украины. А тут еще местные выборы, все худшие люди города активизировались, как вот эти мухи в туалете, взбудораженные новой порцией свежих отходов. Но ничего. Прорвемся. Потому что мы – украинцы! C нами борщ!